Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
19:03 

День Добра или Сумасшествие Кучики Бьякуи

я взорву на воздух вашу проклятую землю, у которой так много богов и нет единого, вечного Бога
Написала подруга и за неимением интернета попросила вывесить...

Автор: Koorime Hikari aka Omi
Бета (ы): Farf (за что ему и спасибо)
Категория/Рейтинг: G
Жанр: humor, стеб
Пэйринг: намеки Бьякуя/Ренджи, остальные только всуе
Содержание: а порой и Бьякуя бывает милым


День начинался как всегда... странно... Абараи Ренджи, встав ни свет ни заря поплелся к офису шестого отряда исполнять свой лейтенантский долг. Бумажная волокита порой доводила до сумасшествия, но под пронзительно ледяным взглядом главного айсберга Сейретейя, известного так же под именем Кучики Бьякуи, с лейтенанта сразу спадала вся спесь и желание возмутиться.
Вроде бы все как всегда –алая заря на горизонте, вялое сейрейтейское солнце, но все-таки что-то было не так. Сомнения Ренджи в неправильности утра подтвердило опоздание (!) его обожаемого (чтоб ему на Меносе жениться) капитана. Аристократская скотина не появилась и к полудню. Ренджи уже начал было беспокоиться, опоздание Кучики Бьякуи может объясняться лишь двумя причинами – либо его скоропостижной кончиной, либо мучительной и долгой смертью кого-то другого, кто посмел задержать его величество пунктуальность по дороге на работу. Лейтенант шестого отряда почему-то склонялся к наиболее вероятной версии под вторым пунктом и мысленно сочувствовал этому несчастному, а за одно и себе, ведь Кучики-старший будет в не очень хорошем расположении духа. А это означает одно – работу с документами надо закончить до прихода злобного капитана.
Абарай тяжело вздохнул и вновь уткнулся носом в бумагу, выводя не очень прямыми буквами предложение за предложением.
Отчетность по вчерашнему приходу-расходу закончена. Ренджи откинулся на спинку стула и стер со лба выступившие от усердия капли пота. “Надо бы на столе у капитана оставить, подумал лейтенант, авось тайчо заметит, как я сегодня усердно старался и не станет меня заставлять считать количество лепестков Сенбонзакуры (чтоб ей пусто было)".
Абарай нехотя поднялся с насиженного места и поплелся в кабинет капитана, заварив по пути чай с жасмином, на случай если Бьякуя успел пробраться в кабинет незамеченным.
Постучав и не дождавшись ответа, Абарай заглянул в офис и, не обнаружив предмет своего обожания, скользнул внутрь. Поставив на стол чашку с чаем и положив документы на видном месте, он хотел развернуться и уйти, но взгляд его почему-то остановился на широком мягком кресле у капитанского стола.
Мысль, детская и непосредственная, скользнула у него в голове, и он, украдкой оглянувшись, подлетел к столу и плюхнулся в тайчовское кресло. Хорошо, удобно! Наверное, бьякуевской заднице здесь неплохо сидится и отдыхается! Ренджи сложил руки на животе, крутанулся на стуле и протянул ноги на стол.
- Кхм, - откашлялся лейтенант, изменяя голос на более низкий, кучиковский, - Я – пуп вселенной, звать меня Бьякуя. Кучи ки Бьякуя. И на лице моем написано – “не подходи ко мне – злой, недобрый шинигами".
Ренджи попытался состроить ледяное выражение лица его капитана, которое не сходило у него с лица даже когда тот спал, но вышло не очень, и Ренджи рассмеялся этой глупости.
- Ренджи, - Абарай небрежно махнул рукой в сторону воображаемого лейтенанта у двери, вновь изображая Бьякую. – Принеси мне чаю, а то мне задницу влом оторвать от кресла и заварить этот долбанный чай самому...
Ренджи поперхнулся собственной фразой: дверь скрипнула и на пороге возник так же неожиданно как геморрой на вышеозначенном месте, Кучики Бьякуя собственной персоной. Лейтенант, просипев сдавленное «Кучики-тайчо?», хотел было сдернуть ноги со стола и выпрямиться по стойке смирно, но запутался в собственных ногах и рухнул вместе с креслом под стол.
“Готовься, Абарай-фукутайчо, сейчас у тебя по расписанию свидание с Сенбонзакурой (чтоб ей дважды пусто было) и смертная казнь путем разрубания на сотню маленьких обезьянок.
- Ренджи-кууун, - взволнованный и непривычно тоненький голосок, который впрочем несомненно принадлежал Кучики, раздался над абараевским ухом. Без пяти минут труп вздрогнул и нерешительно прикрыл руками голову. Издевается? Значит мучить будет. Живодер...ю в смысле садист... Будет бить, ногами и по голове...
- Ты не ушибся, Ренджи-кууун?
Абарай стал судороженно вспоминать, чистил ли он сегодня уши? Вроде, да. Как раз сегодня тот день, когда он выковырял недельную серную заклепку из обоих ухов. Значит надо сходить к Унохане-тайчо и провериться на слух... Хотя... наверное, в этой жизни ему не суждено было это сделать... Тревожный вопрос повторился. Нет, вроде слышит хорошо, тогда... Ренджи осмелел и поднял на тайчо один глаз, а потом и второй.
Бьякуя УЛЫБАЛСЯ!!! Ренджи отметил про себя, что неплохо было бы еще и зрение проверить... Лейтенант протер кулаками глаза и вновь уставился на Бьякую. Но тот все равно улыбался! УЛЫБАЛСЯ! Абарай даже и не подозревал, что его капитан умеет улыбаться, а тут он мило и весело улыбался, причем кучиковская улыбочка явно переплюнула ичимаровскую по ширине, но в отличие от Гина Бякуя улыбался наивно и как-то по-детски. По-детски? Да что он несет?! Кучики не умеет улыбаться, а уж тем более по-детски. Ренджи понадеялся, что это глюк и чуть не завопил «Чур, меня, нечистая, изыди», но вовремя передумал.
Кучики, заметив, что лейтенант как-то странно ошалело смотрит на него, надул губки.
- Ренджи-кууун, у тебя лицо страшное...
Мда, Бьякуя всегда отличался излишней честностью...
- К-к-к-кучики – т-т-т-тайчо, - заикаясь, произнес Ренджи, отползая подальше от капитана и поближе к выходу, чтобы была возможность удрать. Благо Сенбонзакуры (чтоб ей... ну вы знаете) при нем не было. А это означает еще несколько минут ненадолго спасенной жизни, может он еще завещание успеет написать...
- Ренджи-куууун, разве я такой плохой, - губы у Бьякуи задрожали, словно он вот-вот готов был расплакаться.
- Н-н-нет, К-к-к-учики – т-т-тайчо, вы не совсем плохой, то есть я хотел сказать совсем не плохой. Ну, то есть, местами... – врать у Ренджи всегда получалось плохо, а особенно в таком положении.
Бьякуя опять расплылся в детской радостной улыбке и на корачиках подполз ближе к рыжему, загоняя того все глубже под стол.
-К-к-к-учики-тайчо?
Тонкие губы капитана вновь сложились недовольнымбантиком.
- Мне не нравиться, когда ты меня так называешь,- плаксиво протянул он.
- Х-х-хорошо, Кучики-сама...
Судя по выражению лица начальника шестой дивизии, ответ ему по душе не пришелся.
- Неет, так мне тоже не нравится... – Кучики на мгновении задумался, затем лицо его просветлело, - Ты будешь называть меня Бьякусик!
БЬЯКУСИК? "У Кучики поехала крыша", - вывел диагноз Ренджи,- "сумасшествие Кучики Бьякуи в особо тяжкой форме".
- Бьякусик? – недоверчиво переспросил лейтенант. А может правда, что со слухом?
- Да-да, зови меня теперь Бьякусиком. А я буду тебя звать Рен-чан! Здорово?
-Здорово, - нерадостно подтвердил Ренжди, теперь на все сто процентов уверенный в том, что крыша Бьякусика укатила, на прощание помахав ему ручкой. Говорил же он Кучики-тайчо, чтобы тот поменьше засиживался допоздна за работой. Нет, его величество Занудство разве послушалось бы неотесанного оборванца Абарая? И вот до чего дошло! И что теперь с ним делать? Ренджи тут же вспомнил об Унохане-тайчо, которую сегодня поминал уже всуе. Именно к ней приказано отправлять тяжело больных.А может Кучики еще и опасен. Ренджи передернулся от перспективы стать первой жертвой сумасшедшего Бьякусика.
- Бьякусик... - эхом повторил Ренджи страшное слово.
- Да-да, Рен-чан, - радостно завопил Бьякуя и повис у несчастного Абараи на шее. Крепкого и никогда не жаловавшегося на здоровье лейтенанта шестого отряда чуть не хватил сердечный приступ.
- Рен-чан, ну почему ты так холоден ко мне, - заныл
Кучики, с ногами забираясь на колени к Ренжи.
- Э-э-э, тайчо??? – удивленный взгляд. Абрай не заметил, как обхватил Бьякую за талию, чтобы тот не навернулся с его коленок. Капитан надулся.
- Ну, Рен-чан, мы же договаривались... – укор в синих глазах...
- Простите, Кучи... то есть Бьякусик. Что значит холоден?
Бьякуя невинно хлопнул глазками, потупился и принялся смущенно ковырять пальцем хакама лейтенанта.
- Ну, я даже кенсейкан нацепил и шарфик надел, а Рен-тян не обращает на меня никакого внимания...
- Тебе не нравится мой шарфик, Рен-чан? – почти плача спросил Бьякуя.
- Очень нравится, - поспешил заверить его Ренджи, хотя на самом деле кучиковский шарф его просто раздражал, но не хватало только, чтобы Бьякуя тут разрыдался.
Кучики просветлел и еще крепче обнял за шею Ренджи.
- Ура, значит сегодня я буду спать с Рен-чаном!
Абарай поперхнулся и закалялся, приобретя
пунцовое под цвет волос лицо.
- Что, простите, Куч... Бьякусик, что ты сказал?
- Я сказал, что сегодня буду спать с Рен-чаном, - внятно и недовольно повторил Бьякуя, - Мне ночью одному страшно...
Из горла Ренджи вырвался облегченный и вместе с тем разочарованный вздох.
- Хорошо, Бьякусечка. Только давай сначала сходим к тете Унохане, она тебя посмотрит. Ладно?
Бьякуя секунду пребывал в раздумьях.
- А она не злая? - Ренджи отрицательно помотал головой, хотя врать наивному Бьякуе было очень сложно. Кучики радостно согласился.

Ренджи благодарил Меноса, что в такое время на улице почти никого не было – весь Сейретей спасался от полуденной жары в прохладных офисах. А на редких патрульных Ренджи зыркал так, что те тут же понимали, что молчание – золото. Зрелище было не для слабонервных – Абарай Ренджи, красный как рак, то ли от стыда, то ли от чего-то другого, и висящий у него на руке Кучики Бьякуя, который радостно подпрыгивал на одной ножке и весело махал ручкой случайным прохожим. Наконец, показался офис четвертого отряда. Унохану он нашел быстро, ошалевшие санитары глядели им вслед и только крутили пальцами у виска.
В прохладном, просторном кабинете Уноханы-тайчо обнаружился еще и Куротсучи Маюри. Оба что-то оживленно обсуждали, а когда Ренджи ввалился в дверь, таща за собой упирающегося Кучики, Маюри поторопил их, словно ожидая прихода странной парочки. Да и Унохана не особо удивлялась, глядя, как Бьякуя с интересом играет перышком с дворовой кошкой набалконе. Абарай потребовал объяснений.
- Понимаете, Абарай-фукутайчо, - торопливо принялся разъясняться Маюри. – Сегодня Кучики-тайчо пришел ко мне с просьбой дать ему результаты отчета по недавним экспериментам, но тут ему захотелось воды, и я предложил ему выпить. Правда, вместо воды я подал ему мое недавнее изобретение – так называемый “эликсир добра”, я не успел его испробовать, но раз уж так получилось, - Маюри кровожадно свернул глазами в сторону Кучики.
- Но вышло это совершенно случайно... – опомнился тайчо, заметив злобный взгляд лейтенанта, не предвещающий ничего хорошего.
- И как же действует этот ваш “эликсир добра”? – септически поинтересовался Ренджи.
- На теории у человека, выпившего этот напиток, появляется тяга к детским желаниям и наивным поступкам...
- Короче, у Бьякусика детство в жо... в одном месте заиграло?
- У Бьякусика?
- А неважно! Что мне теперь с ним делать-то?
Маюри на секунду задумался.
- Эффект пройдет со временем... через день или два, а пока лучше всего подыграть ему...


Ренджи тащился домой уставший и злой. За ним прыгал Бьякуя. Обещание пришлось выполнить. Кучики шмыгнул к Ренджи на футон и тут же захрапел. Абарай залился краской, долго не давало заснуть осознание того, что рядом с ним посапывает его капитан, затем забил на смущение, сгреб Бьякую в охапку и заснул...

На следующее утро, Ренджи весело насвистывая под нос песенку, влетел на крыльях в офис шестой дивизии. Заварив чай, и положив на блюдце обещанное мороженое, Абарай понесся к кабинету Кучики.

Дверь тихонько приоткрылась, и довольная морда Абарая заглянула в кабинет.
-Бьякуя-чан, Бьякусик, - позвал он, - Я принес тебе мороженное, но оно немножко подтаяло, нужно в холодильник положить...
Холодильник имелся тут же. В лице капитана Кучики.
Бьякуя, стоявший у окна, медленно развернулся к застывшему на пороге в смертельном испуге Ренджи. Прежнее ледяное выражение лица вновь застыло на благородной физиономии его капитана, и Ренджи понял, что это конец...
- Я рад, что вы зашли, Абарай-фуктайчо, - спокойным выдержанным голосом проговорил Кучики.Его выдала лишь нервно подергивающаяся бровь и ладонь, лежащая на рукояти Сенбонзакуры (чтоб ей не ладно...) – Проходите, Абарай, нам надо о многом поговорить...
Ренджи обреченно закрыл за собой дверь и сел на стул. День Добра прошел, а завещание он так и написал...

Комментарии
2007-09-20 в 21:50 

Все бы хорошо, но читать из-за такого вот редактирования нельзя.)))
Но ве-е-есело))

2007-09-20 в 22:33 

я взорву на воздух вашу проклятую землю, у которой так много богов и нет единого, вечного Бога
Я очень извиняюся...Честно-честно... Я не совсем еще тута разобралась )

2007-09-21 в 00:41 

Просто удали все эти странные символы, либо просто отредактируй по другому, без заморочек))

2008-02-10 в 20:37 

Мяуси-котяуси.
Оо, мозгодробительная картинка :lol:

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Магазинчик, где...

главная